и было море, и были мы

Неделя выдалась странная, а понедельник и пятницу вообще колбасило меня не по-детски. Запомнила, как вчера себя вытаскивала. Запишу, потому что пригодится еще. Во-первых, конечно, дочитывала «Зеленый», и там какие-то места такие, что просто смотрела на них, а в меня вливались жизнь и радость. Невероятно это все же, ну написано в книжке «каждый город граничный», почему я от этого реву и счастливая? Не знаю, но работает так.
Днем перестала пытаться что-то делать и кем-то быть, смирилась, что общий фон тошный и стала варить суп. Готовить – очень конкретная штука, от нее понятно и наглядно. И еда есть пару дней) Суп отличный получился, кстати. Вечером пришли на фонтан, шум-гам-машинки, фууу. Смотрю на это и изо всех сил вижу не шум-гам, а то что именно на этой площадке пупсени лазят, где угодно, хватают, что угодно, залезают в эти машинки, ловят этих рыбок, а деньги родители платят, аж когда товарищ хочет не просто полазить, а покататься на машинке, или на батут залезть прыгать. Короче, просто так тут можно куда больше, чем везде. Ну здорово же. А потом мы ходили по нашему бульвару, на котором прожили три с половиной года, который я обожаю весь, и я его изо всех сил любила. И понимала, что с него я б вообще никуда не уехала. А вдруг таки стоит? Может, поэтому мы и не на нем больше? И к вечеру стала совсем живая.
А сегодня, сегодня уже отличный день получился. Ровно неделю мы пробыли без моря, потому что в прошлую субботу уехали из Лебедевки. Но неделя получилась, ээ, такая. Такая, что сегодня я вспомнила уже и забытые ощущения человека, у которого давно не было моря. Понимаю, как звучит, но почему-то эта неделя вместила в себя «давно». Так я приезжала раньше к морю, когда ждешь этого практически целый год, когда дрожишь от нетерпения, когда входишь в воду, и она словно заполняет то, что было всего лишь контурами, и теперь оно живое, и теперь я живая. Всю неделю страдающая от засухи кожа (внезапно это, обычно летом со мной такого не бывает), напиталась и перестала быть сухой. Ей не кремы, тоники и сыворотки нужны были, а море. И из воды мы почти не вылезали, и ели прямо на пляже самые вкусные в мире мидии, и снова, и снова, и снова лезли в воду. И еще благоразумно взяли с собой коляску, чтобы идти пешком домой, потому как что может быть лучше вечерней прогулки после моря? Ничего. И пока вечером катили по набережной, мир из моря и неба окрасился в розовое, голубое, кремовое, а мир из заходящего солнца и туч сделался тучами, и пронизывающими их лучами, и выглядывающим из-за них красным солнцем. И я не смогла удержаться и пошла снова в эту воду и стала совсем собой. Еще в этом мире водилась какая-то дурацкая орущая музыка, потому что в нем водились люди, наверное, это чтобы все хором не вознеслись во все это небо и все это море и не превратились во что-то очень, очень крутое. Но мы все равно.