Бабулечка.
Dec. 2nd, 2008 10:07 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
elis_27Я пыталась не говорить, и получалось. Сейчас – уже не получается молчать.
Когда понимаю, что обстоятельства так сложились, что Даша впервые осталась не у моей мамы, а у свекрови, то готова целовать благодарно каждый столб – за то, что доченька была в другом месте.
У меня шел первый день тренинга по «Живой Женщине». У каждого тренинга есть свой лейтмотив, помимо программы. В этот раз сказала: «Мне хочется, чтоб это было разрушение пьедестала страданий, чтоб мы перестали взгромождать себя на этот пьедестал, считать способность страдать своей главной способностью. Женщина – выносливое создание, и это хорошо. Но страдать – это еще не все, что мы можем делать». Когда пришла беззвучная смс, я моментально себе сказала: «Об этом я подумаю завтра, сегодня – мне нельзя об этом думать». Не могла и предположить, что способна так. Но мы не знаем, умеем ли летать, пока не окажемся в воздухе и без парашюта. Вечером, возвращаясь к Элинке, позвонила Звезде (знала, что она мне поможет - потом, когда я смогу об этом думать) и Жу (она просто моя подружка). Сказала очень торопливо: «Я тебе сейчас скажу один факт, а ты только ничего не спрашивай и не говори, все потом». На второй день…
Последние годы я очень, очень, очень-очень хотела подарить тебе совсем беззаботной, легкой жизни. Но после 70 люди, наверное, сложнее переучаются делать то, что делали всю жизнь. Тебе - 79. Поэтому даже когда я тебе рассказывала-показывала, сколько всего у тебя есть сейчас, и как сильно тебя сейчас любят – ты не могла просто улыбнуться и сказать – да, счастлива. И даже почувствовать на минуту эту полноту не получалось. Прошлое тянуло за собой, тревожило. Мы живем в другое время. Благослови вас Бог, что вы в то время смогли хотя бы выжить. Но второй день – я его посвятила тебе. И именно поэтому ничего никому не сказала. Именно поэтому была хлесткая, острая, смеющаяся, ж-и-в-а-я. Для тебя. С подтекстом таким, что все не напрасно, что ли. Потому что если бы я тебя слышала – а я тебе слышала – то услышала бы твое: только живите, сегодня, сейчас, счастливо, смеясь, радостно. Потому что в этом было что-то правильное на каком-то словами неописуемом уровне. Что когда умерла, умирала моя очень родная женщина – я вела «Живую Женщину», и говорила о жизни, и смеялась, и включала в чьих-то глазах смех, и кто-то раскрашивал ярче свою жизнь. И я тоже. Это было о том, что твоя жизнь – не напрасно.
Утром думала, что приеду после занятия к Звезде, сяду на пороге, даже в комнату не смогу дойти и буду плакать. Очень много. Очень долго. Но все так хорошо прошло, я была так довольна, чувствовала себя полной сил и гордой хорошо сделанным делом. Купила билеты заехала. У Звезды были гости, и я болтала, ела с аппетитом, слушала и смеялась. Вышла в другую комнату, включила аську в телефоне, и увидела вопрос от школьной подружки, от моей Ленки, которая сейчас в Америке: «Как бабушка?» Тут меня и сорвало.
…………………………………………
……………………………………………
………………………………………………
……………………………………………
Ночь у Звезды не спали, разговаривали, утром она меня накормила и отправила в аэропорт. Мне было страшно. Очень страшно. Я боялась, что увижу и окончательно пойму, что ЕЕ БОЛЬШЕ НЕТ. Нет главного человека моего детства, нет той, кому я доверяла, той, с кем я могла – несмотря ни на что - быть маленькой и беззащитной. Чьи руки пахли пирогами из детства, к кому я так рвалась, когда мы жили отдельно. Кто любил меня больше всего на свете. И когда мы жили в Крыму, а меня привозили на каникулы к бабуле, момент влета в ее квартиру был самым острым счастьем из всех возможных. Там уже все-все ждало меня, она меня начинала ждать, как только я уезжала. Чьи посылки всегда приходили дублем. Одна – общая, вторая – для меня. И я всегда лизала сургуч, вдруг он на этот раз шоколадный, хоть знала, что внутри и шоколад и прочие радости детской жизни меня ожидают непременно. Но сургуч, сургуч!..
Мне казалось, я ее увижу – и сердце упадет. Как будто от него кусок ножом отрежут, и этот кусок вывалится.
Все получилось иначе. На табло только мой рейс был без надписи «вылет задерживается». Мой вылет нельзя было задержать, я прилетала впритык.
Вбежала в дом. Бабушка лежит. Люди. Мама плачет. Приехали все.
Я присела рядом, гладила бабулины руки, целовала щеки, лоб, губы, совсем не боялась холода. И самое главное – чувствовала, как же я ее чувствовала позади себя. Спокойствие, такое хорошее спокойствие. Чувствовала, видела, слышала. Это… У меня нет слов. Потому что в ночь перед этим, я, рыдая у Звезды, кричала, что ненавижу эту «ебаную эзотерику», которая не вернет мне моего родного человека. Только эзотерика тут не при чем. И прочие названия не при чем. Но отличить то, что реально, достоверно и неожиданно случилось, от того, что ты хочешь навоображать – так же легко как отличить вкус огурца от вкуса помидора (с). Я ее чувствовала за спиной, чувствовала цвет – серебристо-розовый, чувствовала, что она поняла, поняла, как это – сбросить все и радоваться, чувствовала, как она благодарна и рада, что я ее слышу, что я создала этот кусочек тишины, в который она смогла пробиться. Чувствовала ее грусть от того, что она не может к маме пробиться – мама слышит только свое горе, но не слышит бабушку. Видела, как она обнимает нас ,как говорит: живите, девочки, проживите счастливо. И я просто гладила ее, и разговаривала. Разговаривала с телом, любимым, хотя знала, что она не там, она за мной стоит. Я боялась столкнуться с невосполнимой потерей и болью. А неожиданно для себя обнаружила, что уже не потеряю никогда, и оказалась в любви, которая не заканчивается. На кладбище почти не плакала, казалось только, что глаза стали гораздо больше, чем на самом деле, и я ими смотрю-смотрю. В какой-то момент потеряла сознание, ненадолго. Какая-то женщина, меня обняла, сказала то же, что Звезда – что со мной Ангел-Хранитель. Да, я знаю, со мной бабулечка. С кладбища ехала на вокзал, по пути разговорилась с шофером и все ему рассказала, хотя сроду не вела беседы с таксистами. Расплатилась с ним русскими рублями и поехала в Москву. Иногда знаешь и все. Вот и я ЗНАЛА, что мне надо быть именно в Москве. Общаться. Смеяться. Иногда, совсем иногда, оставшись одной, плакать. Никому ничего не говорить. Я же обещала не делать пьедестал из страданий. Общаться не для того, чтоб пожалели, а чтобы жить. И работать. Слава Богу, что последнее мне удалось. Не для того, чтобы отвлечься или еще что. Глупое слово – отвлечься. А просто потому, что очень надо было отдавать. Я чем-то так переполнилась, что не могла это держать. Я практически не уставала, хотя ложились все время в три часа ночи. Спасибо. У меня получилось.
Спасибо Звезде, что провела меня через это. Спасибо Наташке за поддержку.
Сейчас, приехала домой. И опять – ожидаемого отчаянья – нет. Я ее чувствую, мне от нее тепло, и я знаю, что ей хорошо. Бабуля мне снится. Очень хорошо снится.
Мама сделала фотографии, типа последние. Так глупо. ЗАЧЕМ? Она другая. Там ее уже не было. Я поставлю фотографию, где булечка веселая. Это прошлый новый год, мы с Дашкой ей перед этим волосы покрасили :). Она очень юморная, и язычок такой, с ехидцей, и глаза с хитринкой.
Бабуля. Люблю. Ты есть.
Вчера поехала за Дашей, ночевали у свекрови. Она говорит: «Доча, оставайтесь у нас пока». Зачем? Мне светло от бабушки. Сейчас по всему дому свечи зажгла. Красиво и светло. Возле бабулиной фотографии зажгла. Фотография хорошая, бабуля там молодая, и с этим своим посмеивающимся выражением.
Сегодня Данечке скажу и привезу ее домой, она еще не была. Пусть у нас это получится светло.
Бабуля, пусть тебе будет хорошо. А тебе хорошо. Светлый мой любимый человек.
Когда понимаю, что обстоятельства так сложились, что Даша впервые осталась не у моей мамы, а у свекрови, то готова целовать благодарно каждый столб – за то, что доченька была в другом месте.
У меня шел первый день тренинга по «Живой Женщине». У каждого тренинга есть свой лейтмотив, помимо программы. В этот раз сказала: «Мне хочется, чтоб это было разрушение пьедестала страданий, чтоб мы перестали взгромождать себя на этот пьедестал, считать способность страдать своей главной способностью. Женщина – выносливое создание, и это хорошо. Но страдать – это еще не все, что мы можем делать». Когда пришла беззвучная смс, я моментально себе сказала: «Об этом я подумаю завтра, сегодня – мне нельзя об этом думать». Не могла и предположить, что способна так. Но мы не знаем, умеем ли летать, пока не окажемся в воздухе и без парашюта. Вечером, возвращаясь к Элинке, позвонила Звезде (знала, что она мне поможет - потом, когда я смогу об этом думать) и Жу (она просто моя подружка). Сказала очень торопливо: «Я тебе сейчас скажу один факт, а ты только ничего не спрашивай и не говори, все потом». На второй день…
Последние годы я очень, очень, очень-очень хотела подарить тебе совсем беззаботной, легкой жизни. Но после 70 люди, наверное, сложнее переучаются делать то, что делали всю жизнь. Тебе - 79. Поэтому даже когда я тебе рассказывала-показывала, сколько всего у тебя есть сейчас, и как сильно тебя сейчас любят – ты не могла просто улыбнуться и сказать – да, счастлива. И даже почувствовать на минуту эту полноту не получалось. Прошлое тянуло за собой, тревожило. Мы живем в другое время. Благослови вас Бог, что вы в то время смогли хотя бы выжить. Но второй день – я его посвятила тебе. И именно поэтому ничего никому не сказала. Именно поэтому была хлесткая, острая, смеющаяся, ж-и-в-а-я. Для тебя. С подтекстом таким, что все не напрасно, что ли. Потому что если бы я тебя слышала – а я тебе слышала – то услышала бы твое: только живите, сегодня, сейчас, счастливо, смеясь, радостно. Потому что в этом было что-то правильное на каком-то словами неописуемом уровне. Что когда умерла, умирала моя очень родная женщина – я вела «Живую Женщину», и говорила о жизни, и смеялась, и включала в чьих-то глазах смех, и кто-то раскрашивал ярче свою жизнь. И я тоже. Это было о том, что твоя жизнь – не напрасно.
Утром думала, что приеду после занятия к Звезде, сяду на пороге, даже в комнату не смогу дойти и буду плакать. Очень много. Очень долго. Но все так хорошо прошло, я была так довольна, чувствовала себя полной сил и гордой хорошо сделанным делом. Купила билеты заехала. У Звезды были гости, и я болтала, ела с аппетитом, слушала и смеялась. Вышла в другую комнату, включила аську в телефоне, и увидела вопрос от школьной подружки, от моей Ленки, которая сейчас в Америке: «Как бабушка?» Тут меня и сорвало.
…………………………………………
……………………………………………
………………………………………………
……………………………………………
Ночь у Звезды не спали, разговаривали, утром она меня накормила и отправила в аэропорт. Мне было страшно. Очень страшно. Я боялась, что увижу и окончательно пойму, что ЕЕ БОЛЬШЕ НЕТ. Нет главного человека моего детства, нет той, кому я доверяла, той, с кем я могла – несмотря ни на что - быть маленькой и беззащитной. Чьи руки пахли пирогами из детства, к кому я так рвалась, когда мы жили отдельно. Кто любил меня больше всего на свете. И когда мы жили в Крыму, а меня привозили на каникулы к бабуле, момент влета в ее квартиру был самым острым счастьем из всех возможных. Там уже все-все ждало меня, она меня начинала ждать, как только я уезжала. Чьи посылки всегда приходили дублем. Одна – общая, вторая – для меня. И я всегда лизала сургуч, вдруг он на этот раз шоколадный, хоть знала, что внутри и шоколад и прочие радости детской жизни меня ожидают непременно. Но сургуч, сургуч!..
Мне казалось, я ее увижу – и сердце упадет. Как будто от него кусок ножом отрежут, и этот кусок вывалится.
Все получилось иначе. На табло только мой рейс был без надписи «вылет задерживается». Мой вылет нельзя было задержать, я прилетала впритык.
Вбежала в дом. Бабушка лежит. Люди. Мама плачет. Приехали все.
Я присела рядом, гладила бабулины руки, целовала щеки, лоб, губы, совсем не боялась холода. И самое главное – чувствовала, как же я ее чувствовала позади себя. Спокойствие, такое хорошее спокойствие. Чувствовала, видела, слышала. Это… У меня нет слов. Потому что в ночь перед этим, я, рыдая у Звезды, кричала, что ненавижу эту «ебаную эзотерику», которая не вернет мне моего родного человека. Только эзотерика тут не при чем. И прочие названия не при чем. Но отличить то, что реально, достоверно и неожиданно случилось, от того, что ты хочешь навоображать – так же легко как отличить вкус огурца от вкуса помидора (с). Я ее чувствовала за спиной, чувствовала цвет – серебристо-розовый, чувствовала, что она поняла, поняла, как это – сбросить все и радоваться, чувствовала, как она благодарна и рада, что я ее слышу, что я создала этот кусочек тишины, в который она смогла пробиться. Чувствовала ее грусть от того, что она не может к маме пробиться – мама слышит только свое горе, но не слышит бабушку. Видела, как она обнимает нас ,как говорит: живите, девочки, проживите счастливо. И я просто гладила ее, и разговаривала. Разговаривала с телом, любимым, хотя знала, что она не там, она за мной стоит. Я боялась столкнуться с невосполнимой потерей и болью. А неожиданно для себя обнаружила, что уже не потеряю никогда, и оказалась в любви, которая не заканчивается. На кладбище почти не плакала, казалось только, что глаза стали гораздо больше, чем на самом деле, и я ими смотрю-смотрю. В какой-то момент потеряла сознание, ненадолго. Какая-то женщина, меня обняла, сказала то же, что Звезда – что со мной Ангел-Хранитель. Да, я знаю, со мной бабулечка. С кладбища ехала на вокзал, по пути разговорилась с шофером и все ему рассказала, хотя сроду не вела беседы с таксистами. Расплатилась с ним русскими рублями и поехала в Москву. Иногда знаешь и все. Вот и я ЗНАЛА, что мне надо быть именно в Москве. Общаться. Смеяться. Иногда, совсем иногда, оставшись одной, плакать. Никому ничего не говорить. Я же обещала не делать пьедестал из страданий. Общаться не для того, чтоб пожалели, а чтобы жить. И работать. Слава Богу, что последнее мне удалось. Не для того, чтобы отвлечься или еще что. Глупое слово – отвлечься. А просто потому, что очень надо было отдавать. Я чем-то так переполнилась, что не могла это держать. Я практически не уставала, хотя ложились все время в три часа ночи. Спасибо. У меня получилось.
Спасибо Звезде, что провела меня через это. Спасибо Наташке за поддержку.
Сейчас, приехала домой. И опять – ожидаемого отчаянья – нет. Я ее чувствую, мне от нее тепло, и я знаю, что ей хорошо. Бабуля мне снится. Очень хорошо снится.
Мама сделала фотографии, типа последние. Так глупо. ЗАЧЕМ? Она другая. Там ее уже не было. Я поставлю фотографию, где булечка веселая. Это прошлый новый год, мы с Дашкой ей перед этим волосы покрасили :). Она очень юморная, и язычок такой, с ехидцей, и глаза с хитринкой.
Бабуля. Люблю. Ты есть.
Вчера поехала за Дашей, ночевали у свекрови. Она говорит: «Доча, оставайтесь у нас пока». Зачем? Мне светло от бабушки. Сейчас по всему дому свечи зажгла. Красиво и светло. Возле бабулиной фотографии зажгла. Фотография хорошая, бабуля там молодая, и с этим своим посмеивающимся выражением.
Сегодня Данечке скажу и привезу ее домой, она еще не была. Пусть у нас это получится светло.
Бабуля, пусть тебе будет хорошо. А тебе хорошо. Светлый мой любимый человек.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2008-12-02 10:48 am (UTC)Теперь я поняла, почему ты закрылась, и я даже не почувствовала тебя в Москве. Заходя в конфу, видя объявления, парадоксально не соотнесла даты. Только потом поняла, что ты ведь была в эти дни здесь. Но я тебя здесь не чувствовала...
no subject
Date: 2008-12-03 08:13 am (UTC)И - спасибо, Оль...
no subject
Date: 2008-12-04 08:08 am (UTC)Ты напомнила мне о том, что надо дарить свою любовь близким. Они в ней нуждаются, пока находятся здесь.
Обнимаю, родная :-*
no subject
Date: 2008-12-04 08:35 am (UTC)обнимаю!
no subject
Date: 2008-12-02 04:56 pm (UTC)no subject
Date: 2008-12-03 08:15 am (UTC)Спасибо
no subject
Date: 2008-12-03 09:51 am (UTC)Тяжело, когда близкий, родной человек.... не уходит, нет. Переходит в другое состояние, в другую реальность. Мы его не теряем, мы просто учимся чувствовать его по-другому, чувствовать, слышать, понимать, разговаривать. Мы не видим его так, как привыкли видеть. Мы "видим" по-другому. Многие этому так и не научаться... И от них этот дорогой человек уходит по-настоящему... А ты справишься. Ты умничка. Люблю.
no subject
Date: 2008-12-03 04:58 pm (UTC)Самое больное - мысль о том, что недодала, недоблагодарила, недолюбила так, как хотелось бы. Но не говорить же по этому поводу такую банальность как "спешите любить". А хочется именно ее сказать...
no subject
Date: 2008-12-04 01:19 pm (UTC)Обнимаю тебя, родная
и спасибо тебе. Спасибо!
no subject
Date: 2008-12-05 07:10 am (UTC)Спасибо!
no subject
Date: 2008-12-08 07:19 pm (UTC)Аль, меня очень очень тронул твой рассказ.мне до боли хочется сказать тебе прости, за то что в этот момент не чувствовала твоей боли.
и хочется сказать спасибо, но оно так мало... а как выразить эту благодарность я не знаю...
поэтому обнимаю тебя здесь и сейчас.
Боже, какая же ты умница!!!
Ты так достойно прошла свою новую вершину. Бабулечка тобой гордится. я вижу ее. Она вот так поднимает большой палец!
завтра на похоронах отца моей близкой подруги я буду сильной.
спасибо.
no subject
Date: 2008-12-08 08:39 pm (UTC)Хорошо, что вовремя тебе, желаю твоей подруге внутренней тишины и связи с родным человеком.
Обнимаю.
no subject
Date: 2008-12-08 08:53 pm (UTC)и не столько за тему сметри, сколько за ее синтез с отменой страдания.
потому что слышать - слышу. впервые ярко на похоронах Ромки . я писала об этом в конфе давно. Видела его, скорее ощущала присутствие. слышала, то что он хотел сказать.
Когда в октябре хоронили дядю... там поразила беззащитность родных перед горем потери близкого человека.
Но видя и слыша, все равно не могла уйти от страданий, так плотно они вписаны в структуру личности, в ... да бог его знает куда.
спасибо, Аленький. Завтра я буду сильнее.
no subject
Date: 2008-12-08 09:17 pm (UTC)И меня так удивляют разговоры - а ты дескать, не боишься? Тебе, мол, не страшно? Бояться того, кто меня любил больше всего на свете? Да в любом ее виде и в любом ее состоянии бояться мне мою бабулю - это смешно. Она в любом случае за меня, она мне может только добро делать. И бояться ее, когда я ее чувствую? Непонятно.
И Дашка мое объяснения восприняла как единственно верное.
Но это все так получилось, потому что она для меня действительно очень-очень любимый человек, не только по факту родства, а вообще.
no subject
Date: 2008-12-09 06:04 am (UTC)no subject
Date: 2008-12-10 12:29 pm (UTC)Обнимаю тебя
no subject
Date: 2008-12-10 01:04 pm (UTC)no subject
Date: 2008-12-10 02:27 pm (UTC)" всему свое время" - опять же, однозначно!
И, кстати, таки правильно, я не могла 6-7
Но что-то я соскучилась-таки :)
no subject
Date: 2008-12-10 03:07 pm (UTC)no subject
Date: 2008-12-08 09:19 pm (UTC)no subject
Date: 2008-12-09 06:14 am (UTC)раньше ты наверняка тоже и видела и слышала, может просто за болью и страдалками не различала.
Но это было всегда.
аведь так и удивительно и радостно.
нет горечи. нет.
есь светлая печаль, наполненная Любовью.
Обнимаю тебя.
no subject
Date: 2012-09-26 02:26 pm (UTC)СпаÑибо за Ñ Ð¾ÑоÑее и лиÑное.
no subject
Date: 2012-09-26 06:11 pm (UTC)no subject
Date: 2014-09-11 06:35 am (UTC)наверное, в аське все прошло...
может быть, тебе пора вспомнить про "Живую женщину",а?) раз оно так поднимается...
no subject
Date: 2014-09-11 01:23 pm (UTC)no subject
Date: 2014-09-11 01:54 pm (UTC)что идет)