(no subject)
Feb. 26th, 2022 10:40 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
elis_27Все вперемешку будет.
Начало давным-давно, несколько дней назад было таким. Тимошка ночь не спал, температурил. Днем все ок. Следующую ночь так же, уснули с ним почти утром. Проснулись в час дня. Я взяла телефон, а он горячий от сообщений. Пока ты спала, началась война, такая картина получилась. Муж сказал, что у нас на завтрашний вечер билеты в Кишинев. Но что ими не воспользуемся, поняла сразу. На следующее утро жд сообщение Одесса-Кишинев перекрыли. Вечером он еще успел схватить билеты на дневной автобус. Вечером смогли попасть к любимому доктору и следующую ночь наконец спали хорошо. Правда, мало. Дите, проснувшееся тоже в час, угомонилось в полночь. А я часам к двум ночи уснула, проснулась до семи. Нервишки-с. Было тихо возле нас. Я, по счастью, вообще в Одессе военный шум не слышала. В ту ночь шумело в других районах. Одесса утром была пронзительно прекрасна, прекраснее, чем всегда. Мы проезжали море, проезжали пустые улицы, и я думала: как хорошо, что у меня чувства временно отключились. Потом мы окажемся вне войны, и я буду чувствовать. Хорошо, что я сейчас не думаю, что любимую квартиру мы, возможно, оставили совсем – это не так, не может так быть. Хорошо, что я никак не ощущаю то, что, возможно, последний раз проезжаю мимо своего моря. Я надеюсь, что нет. Я уверена, что нет. Но я уже знаю, что так бывает. Но сейчас, думала я, мне было бы невыносимо это все чувствовать, потому что это моя Одесса.
Билеты забрали, на автобус сели. До границы доехали. Там мне было страшно, выпустят ли мужа. Выпустили. В Молдове ему пришлось помахать нами и ВНЖ, чтобы доказать, что он не из тех россиян, которые «спасают», а нормальный.
Мы проехали обе границы, я написала всем, кто волновался, что мы в Молдове, это было мое задуманное для «потом я что-то почувствую». И поле этого чуть не сдохла от дичайшей головной боли. Начала чувствовать, че уж.
В Кишинев попали поздно, но добраться до спасительного душа и постели смогли вообще за полночь. Наша бронь, оказывается, ничего не забронировала, отдельного жилья за деньги свободного в Кишинёве уже нет, предлагали в центр беженцев, но я даже когда с Дашкой вдвоем уезжала, знала, что готова работать без продыху (и так и было), но пусть мы сразу живем, а не выживаем. Пусть у нас будет квартира, жизнь, у меня кухня. В общем, и здесь ни в центр беженцев, ни в дом с туалетом на улице и водой в тазике мы не поехали. Итого: три ночи толком без сна, с 7 утра все на ногах. Из еды завтрак, а потом что-то грызли в автобусе. Дело близится к полуночи, а германа и жилья все нет, дите не спит и голодное. В итоге подруга скинула группу в фб, где в Молдове помогают. Мы тогда еще не знали, насколько круто помогают. Дашка написала, что ищем на ночь жилье, за деньги, но с теплой водой и кроватями. И за пять минут огромное количество комментариев в духе «заберу вас на машине, никаких денег», «приезжайте в любое время», «поселим сейчас же». Муж позвонил по первому же, нам очень понравился разговор с женщиной, и мы поехали. И оказались у невероятных людей. У них трешка, в одной комнате они сами, в другой были мы, в третьей еще семья из Украины. И огромное количество тепла и добра. Накормили, напоили, обогрели.
Утром я проснулась и чуть не рехнулась от пустоты в том месте, которое у меня давно заполнено Одессой. Я наконец поняла тех людей, которым было невыносимо уезжать из Донецка. У меня не та история. Мне было сложно (заодно только сейчас поняла, почему и о чем вообще говорили те, кто восхищался, мол, как ты сама с ребенком это сделала, тогда мне естественным казалось, а как иначе), но когда я в 2014 выехала, меня наполнила веселая счастливая сила. Она не сделала немедленно все хорошо, если мы вместе давно, то вы помните, как сложно было, но выезд скорее затянул трещину, которая была, чем образовал новую. А тут из меня с мясом и кровью выдрали Одессу. Наконец порыдала, говорила мужу, что хочу, чтобы Путлер сдох. Не знаю, как иначе это все может быть благополучно решено. Подозреваю, до этого момента вряд ли дочитали верящие в, прости господи, «освободительную миссию», которую типа российская армия ведет в моей стране. Но если вдруг каким-то чудом, то идите нахуй прям с этой строчки. Вас тут официально считают долбоебами и видеть не хотят. Там, под обстрелами сейчас мои родители остались среди «спасаемых», мои друзья, с которыми мы надеемся потом увидеться, напиться, нарыдаться, насмеяться.
А теперь про россиян. Огромное количество классных людей пишут «простите нас», в сеть вообще и лично мне писали тоже. Нет, я не за коллективную ответственность, знаете ли. У меня полно российских друзей. Руки многих из них держали меня с дочкой на плаву и были ответом на вопрос «как же ты, Алька, смогла сама с дочкой, без уверенного денежного запаса, без работы конкретной в том момент, без кучи подстраховок уехать». Смогла, потому что была не сама. Так вот, ни с какого хрена они не виновны в том, что творит маньяк у власти. И я знаю, что в России множество людей противостоит этому. И все мои друзья, и люди, которые живут в России, и которых я читаю и уважаю, говорят на сотни голосов, что их ебнутый лидер плодит ад. Это, кстати, поддерживает. Так что не пишите, что «толку от этого нет». Есть. Когда значимые для тебя люди подтверждают, что происходящее – не норма, а пиздец – это поддержка. Спасибо вам. И я боюсь, когда «спасателей» к херам погонят из нашей страны, смогу ли я с мужем въехать. Потому что для многих россиянин равно поддерживающий всю хуйню. Я точно знаю, что нет, и мне важно об этом говорить. Я ненавижу скота, убивающего мою страну. Я не хочу понимать тех, кому типа задурили голову, и они верят. Но я очень люблю живых людей в этой стране. Многие из которых сейчас поддерживают и нашу армию, и просто пострадавших людей.
Про Кишинев. Когда мы идем с чемоданами, на каждом шагу к нам подходят, спрашивают: «Вы из Украины?» И услышав, что да, спрашивают, чем могут помочь, предлагают поселить у себя в комнате, или накормить, или хоть чаем напоить, хотят дать денег. С квартирами на съем очень сложно. Спасаясь от «братской помощи», сюда уже множество людей уехало. Все, что сдавалось, снято.
Завтра у сына день рождения. Пять лет, которые мы планировали отмечать пупсяшной вечеринкой, на которую приглашены очень молодые юноши и девушки, с которыми Тимоша с пеленок практически знаком. «У нас лежит подарок для Тимошки, – пишет Ксюша. – Мы его вам обязательно подарим попозже». И я реву и мечтаю, чтобы так было. Чтобы наш город выжил, чтобы мир в него вернулся, чтобы все наше у нас случилось. Мы завтрашнее утро должны были встречать с надутыми шариками с героями Щенячьего патруля, свечками-фейерверками на торте. В кои-то веки бисквит заранее испекла, в морозилке лежит. А для дома потом Три шоколада собиралась сооружать. Не будет вечеринки с малышами и кучей подарков. Но будем мы, и пару подарков я Тиму привезла с собой. Малой заприметил на выходе из дому коробку от Супермена и вытребовал его заранее) Храни нас и наш город и ты, Супермен. У нас была цель хотя бы на два дня получить свое (на два дня свое, блин) жилье. Чтобы устроить дитю день рождения с семьей. Объясняем это сегодня девушке, которая, одна из многих других, подошла спросить, чем может помочь. Она подсказывает что-то, что может пригодиться. Группы в фб, адреса всякие. А потом говорит малому: ладно, дай пять! Он отказывается, она мне: ну давайте с мамой пять на пять! Мы с ней хлопаем друг другу руки, и у меня остается купюра. Мы не берем сейчас денег, спасибо работе мужа, но я точно знаю, что деньги – это один из самых доступных способов выразить любовь и поддержку. Эти я отдать не смогла, а она со словами, что хочет Тимошке подарок на день рождения подарить, убежала. Люди Кишинева вернули мне веру в человечество в целом. Потому что это не какие-то особенные уникальные люди, которых ты где-то по всему миру по крупице собирала. Нет, мы просто идем по улице, а к нам подходят, для нас хотят хоть что-то сделать. Нам улыбаются и хотят помочь. Спасибо, дорогой Кишинев. Впервые в жизни я увидела город через людей. Обычно напрямую с городом контактирую. Но сейчас на месте того, что может контактировать, дыра, в которой моя Одесса. И в ней сейчас война. А все остальное – просто не Одесса. Мы сегодня ехали с нашей ночевки, я смотрела на город и понимала, что мне даже знакомиться с ним нечем. А потом были все эти люди. Я не рыдала от этой их включенности на улице, просто потому что тогда бы точно полгорода вокруг меня собралось) И я увидела Кишинев как место, где живут все эти люди, как породившее их пространство, что ли. И за ними сам город оказался. Спасибо тебе, дорогой.
Таки нашли отель на пару дней, сегодня в него заселились. Я чуть выдохнула. Что дальше будем делать, пока не знаем.
Да, у меня уже есть опыт. Я знаю, что главное забрать своих, а имущество – дело наживное. Мне повезло, мы с мужем и детьми выехали. Но блять! Я еще хочу, чтобы у моего ребенка были книжки, которые он потом сможет показать своему ребенку и сказать, что эту особенно любил в детстве. Я хочу читать свои книжки бумажные, как раз думала, куда ж воткнуть книжный шкаф, а то детские стоят отлично, а взрослые нет. Я хочу выбирать из своих кружек, из которой хочу сегодня пить чай, печь пироги в своих формах для выпечки. Писать в блокнот рецепты, мне его Дашка подарила, и я уже начала. С прицелом на то, чтобы потом им Дашка могла пользоваться, а потом правнуки когда-нибудь рассматривали эти буквы и знали, что была я и любила готовить, и люблю их издавна своего. Я хочу жить там, где проросла за эти несколько лет с кровью. А сейчас сын выбирает машинки, ему ж денег на подарок дали, имеет право) И говорит «такая у меня уже есть», а мне хочется прокусить собственную руку до крови от осознания, что не факт, что есть, с собой мы их не взяли. Тим находит молдавскую монетку и собирается ее положить в Одессе в свой сундучок. Рассказывает, что покажет няне. Я реву безмолвно, а в нашей Одессе люди прячутся в подвалы.
Завтра будем праздновать Тимкин день рождения. И да победит всякую нежить живая жизнь.
П.С. Только что узнала, что уже с завтрашнего дня движение любого транспорта, кроме спец.средств, запрещено у нас в городе. Кто не выехал, уже не сможет… Обновили инфу и изменили! Слава богу, только в комендантский час нельзя, днем люди смогут ехать.
П.П.С. Сегодня я понимала, что хоть зубами надо выгрызть возможность выписать все это, чтобы меня не разорвало. Но обычно не до лонгридов сейчас, на коленке пишу в t.me/tacbyvaet
Начало давным-давно, несколько дней назад было таким. Тимошка ночь не спал, температурил. Днем все ок. Следующую ночь так же, уснули с ним почти утром. Проснулись в час дня. Я взяла телефон, а он горячий от сообщений. Пока ты спала, началась война, такая картина получилась. Муж сказал, что у нас на завтрашний вечер билеты в Кишинев. Но что ими не воспользуемся, поняла сразу. На следующее утро жд сообщение Одесса-Кишинев перекрыли. Вечером он еще успел схватить билеты на дневной автобус. Вечером смогли попасть к любимому доктору и следующую ночь наконец спали хорошо. Правда, мало. Дите, проснувшееся тоже в час, угомонилось в полночь. А я часам к двум ночи уснула, проснулась до семи. Нервишки-с. Было тихо возле нас. Я, по счастью, вообще в Одессе военный шум не слышала. В ту ночь шумело в других районах. Одесса утром была пронзительно прекрасна, прекраснее, чем всегда. Мы проезжали море, проезжали пустые улицы, и я думала: как хорошо, что у меня чувства временно отключились. Потом мы окажемся вне войны, и я буду чувствовать. Хорошо, что я сейчас не думаю, что любимую квартиру мы, возможно, оставили совсем – это не так, не может так быть. Хорошо, что я никак не ощущаю то, что, возможно, последний раз проезжаю мимо своего моря. Я надеюсь, что нет. Я уверена, что нет. Но я уже знаю, что так бывает. Но сейчас, думала я, мне было бы невыносимо это все чувствовать, потому что это моя Одесса.
Билеты забрали, на автобус сели. До границы доехали. Там мне было страшно, выпустят ли мужа. Выпустили. В Молдове ему пришлось помахать нами и ВНЖ, чтобы доказать, что он не из тех россиян, которые «спасают», а нормальный.
Мы проехали обе границы, я написала всем, кто волновался, что мы в Молдове, это было мое задуманное для «потом я что-то почувствую». И поле этого чуть не сдохла от дичайшей головной боли. Начала чувствовать, че уж.
В Кишинев попали поздно, но добраться до спасительного душа и постели смогли вообще за полночь. Наша бронь, оказывается, ничего не забронировала, отдельного жилья за деньги свободного в Кишинёве уже нет, предлагали в центр беженцев, но я даже когда с Дашкой вдвоем уезжала, знала, что готова работать без продыху (и так и было), но пусть мы сразу живем, а не выживаем. Пусть у нас будет квартира, жизнь, у меня кухня. В общем, и здесь ни в центр беженцев, ни в дом с туалетом на улице и водой в тазике мы не поехали. Итого: три ночи толком без сна, с 7 утра все на ногах. Из еды завтрак, а потом что-то грызли в автобусе. Дело близится к полуночи, а германа и жилья все нет, дите не спит и голодное. В итоге подруга скинула группу в фб, где в Молдове помогают. Мы тогда еще не знали, насколько круто помогают. Дашка написала, что ищем на ночь жилье, за деньги, но с теплой водой и кроватями. И за пять минут огромное количество комментариев в духе «заберу вас на машине, никаких денег», «приезжайте в любое время», «поселим сейчас же». Муж позвонил по первому же, нам очень понравился разговор с женщиной, и мы поехали. И оказались у невероятных людей. У них трешка, в одной комнате они сами, в другой были мы, в третьей еще семья из Украины. И огромное количество тепла и добра. Накормили, напоили, обогрели.
Утром я проснулась и чуть не рехнулась от пустоты в том месте, которое у меня давно заполнено Одессой. Я наконец поняла тех людей, которым было невыносимо уезжать из Донецка. У меня не та история. Мне было сложно (заодно только сейчас поняла, почему и о чем вообще говорили те, кто восхищался, мол, как ты сама с ребенком это сделала, тогда мне естественным казалось, а как иначе), но когда я в 2014 выехала, меня наполнила веселая счастливая сила. Она не сделала немедленно все хорошо, если мы вместе давно, то вы помните, как сложно было, но выезд скорее затянул трещину, которая была, чем образовал новую. А тут из меня с мясом и кровью выдрали Одессу. Наконец порыдала, говорила мужу, что хочу, чтобы Путлер сдох. Не знаю, как иначе это все может быть благополучно решено. Подозреваю, до этого момента вряд ли дочитали верящие в, прости господи, «освободительную миссию», которую типа российская армия ведет в моей стране. Но если вдруг каким-то чудом, то идите нахуй прям с этой строчки. Вас тут официально считают долбоебами и видеть не хотят. Там, под обстрелами сейчас мои родители остались среди «спасаемых», мои друзья, с которыми мы надеемся потом увидеться, напиться, нарыдаться, насмеяться.
А теперь про россиян. Огромное количество классных людей пишут «простите нас», в сеть вообще и лично мне писали тоже. Нет, я не за коллективную ответственность, знаете ли. У меня полно российских друзей. Руки многих из них держали меня с дочкой на плаву и были ответом на вопрос «как же ты, Алька, смогла сама с дочкой, без уверенного денежного запаса, без работы конкретной в том момент, без кучи подстраховок уехать». Смогла, потому что была не сама. Так вот, ни с какого хрена они не виновны в том, что творит маньяк у власти. И я знаю, что в России множество людей противостоит этому. И все мои друзья, и люди, которые живут в России, и которых я читаю и уважаю, говорят на сотни голосов, что их ебнутый лидер плодит ад. Это, кстати, поддерживает. Так что не пишите, что «толку от этого нет». Есть. Когда значимые для тебя люди подтверждают, что происходящее – не норма, а пиздец – это поддержка. Спасибо вам. И я боюсь, когда «спасателей» к херам погонят из нашей страны, смогу ли я с мужем въехать. Потому что для многих россиянин равно поддерживающий всю хуйню. Я точно знаю, что нет, и мне важно об этом говорить. Я ненавижу скота, убивающего мою страну. Я не хочу понимать тех, кому типа задурили голову, и они верят. Но я очень люблю живых людей в этой стране. Многие из которых сейчас поддерживают и нашу армию, и просто пострадавших людей.
Про Кишинев. Когда мы идем с чемоданами, на каждом шагу к нам подходят, спрашивают: «Вы из Украины?» И услышав, что да, спрашивают, чем могут помочь, предлагают поселить у себя в комнате, или накормить, или хоть чаем напоить, хотят дать денег. С квартирами на съем очень сложно. Спасаясь от «братской помощи», сюда уже множество людей уехало. Все, что сдавалось, снято.
Завтра у сына день рождения. Пять лет, которые мы планировали отмечать пупсяшной вечеринкой, на которую приглашены очень молодые юноши и девушки, с которыми Тимоша с пеленок практически знаком. «У нас лежит подарок для Тимошки, – пишет Ксюша. – Мы его вам обязательно подарим попозже». И я реву и мечтаю, чтобы так было. Чтобы наш город выжил, чтобы мир в него вернулся, чтобы все наше у нас случилось. Мы завтрашнее утро должны были встречать с надутыми шариками с героями Щенячьего патруля, свечками-фейерверками на торте. В кои-то веки бисквит заранее испекла, в морозилке лежит. А для дома потом Три шоколада собиралась сооружать. Не будет вечеринки с малышами и кучей подарков. Но будем мы, и пару подарков я Тиму привезла с собой. Малой заприметил на выходе из дому коробку от Супермена и вытребовал его заранее) Храни нас и наш город и ты, Супермен. У нас была цель хотя бы на два дня получить свое (на два дня свое, блин) жилье. Чтобы устроить дитю день рождения с семьей. Объясняем это сегодня девушке, которая, одна из многих других, подошла спросить, чем может помочь. Она подсказывает что-то, что может пригодиться. Группы в фб, адреса всякие. А потом говорит малому: ладно, дай пять! Он отказывается, она мне: ну давайте с мамой пять на пять! Мы с ней хлопаем друг другу руки, и у меня остается купюра. Мы не берем сейчас денег, спасибо работе мужа, но я точно знаю, что деньги – это один из самых доступных способов выразить любовь и поддержку. Эти я отдать не смогла, а она со словами, что хочет Тимошке подарок на день рождения подарить, убежала. Люди Кишинева вернули мне веру в человечество в целом. Потому что это не какие-то особенные уникальные люди, которых ты где-то по всему миру по крупице собирала. Нет, мы просто идем по улице, а к нам подходят, для нас хотят хоть что-то сделать. Нам улыбаются и хотят помочь. Спасибо, дорогой Кишинев. Впервые в жизни я увидела город через людей. Обычно напрямую с городом контактирую. Но сейчас на месте того, что может контактировать, дыра, в которой моя Одесса. И в ней сейчас война. А все остальное – просто не Одесса. Мы сегодня ехали с нашей ночевки, я смотрела на город и понимала, что мне даже знакомиться с ним нечем. А потом были все эти люди. Я не рыдала от этой их включенности на улице, просто потому что тогда бы точно полгорода вокруг меня собралось) И я увидела Кишинев как место, где живут все эти люди, как породившее их пространство, что ли. И за ними сам город оказался. Спасибо тебе, дорогой.
Таки нашли отель на пару дней, сегодня в него заселились. Я чуть выдохнула. Что дальше будем делать, пока не знаем.
Да, у меня уже есть опыт. Я знаю, что главное забрать своих, а имущество – дело наживное. Мне повезло, мы с мужем и детьми выехали. Но блять! Я еще хочу, чтобы у моего ребенка были книжки, которые он потом сможет показать своему ребенку и сказать, что эту особенно любил в детстве. Я хочу читать свои книжки бумажные, как раз думала, куда ж воткнуть книжный шкаф, а то детские стоят отлично, а взрослые нет. Я хочу выбирать из своих кружек, из которой хочу сегодня пить чай, печь пироги в своих формах для выпечки. Писать в блокнот рецепты, мне его Дашка подарила, и я уже начала. С прицелом на то, чтобы потом им Дашка могла пользоваться, а потом правнуки когда-нибудь рассматривали эти буквы и знали, что была я и любила готовить, и люблю их издавна своего. Я хочу жить там, где проросла за эти несколько лет с кровью. А сейчас сын выбирает машинки, ему ж денег на подарок дали, имеет право) И говорит «такая у меня уже есть», а мне хочется прокусить собственную руку до крови от осознания, что не факт, что есть, с собой мы их не взяли. Тим находит молдавскую монетку и собирается ее положить в Одессе в свой сундучок. Рассказывает, что покажет няне. Я реву безмолвно, а в нашей Одессе люди прячутся в подвалы.
Завтра будем праздновать Тимкин день рождения. И да победит всякую нежить живая жизнь.
П.С. Только что узнала, что уже с завтрашнего дня движение любого транспорта, кроме спец.средств, запрещено у нас в городе. Кто не выехал, уже не сможет… Обновили инфу и изменили! Слава богу, только в комендантский час нельзя, днем люди смогут ехать.
П.П.С. Сегодня я понимала, что хоть зубами надо выгрызть возможность выписать все это, чтобы меня не разорвало. Но обычно не до лонгридов сейчас, на коленке пишу в t.me/tacbyvaet
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2022-02-26 08:43 pm (UTC)no subject
Date: 2022-02-26 08:54 pm (UTC)no subject
Date: 2022-02-27 09:47 pm (UTC)no subject
Date: 2022-02-26 08:55 pm (UTC)Живите, будьте.
А нам (Многим) горько и ужасно, что все так..
no subject
Date: 2022-02-27 09:48 pm (UTC)Да, я точно знаю и вижу, что людей, понимающих, что происходит, гораздо больше, чем слепых.
no subject
Date: 2022-02-26 09:21 pm (UTC)no subject
Date: 2022-02-27 09:48 pm (UTC)no subject
Date: 2022-02-26 09:44 pm (UTC)no subject
Date: 2022-02-27 09:50 pm (UTC)no subject
Date: 2022-02-28 08:34 am (UTC)no subject
Date: 2022-02-26 09:50 pm (UTC)no subject
Date: 2022-02-27 09:51 pm (UTC)no subject
Date: 2022-02-27 04:27 am (UTC)no subject
Date: 2022-02-27 09:52 pm (UTC)no subject
Date: 2022-02-27 06:00 am (UTC)no subject
Date: 2022-02-27 09:52 pm (UTC)no subject
Date: 2022-02-27 06:28 am (UTC)no subject
Date: 2022-02-27 09:52 pm (UTC)no subject
Date: 2022-02-27 09:16 am (UTC)no subject
Date: 2022-02-27 09:53 pm (UTC)no subject
Date: 2022-02-28 09:51 am (UTC)no subject
Date: 2022-02-27 09:33 am (UTC)no subject
Date: 2022-02-27 09:53 pm (UTC)no subject
Date: 2022-02-27 10:31 am (UTC)no subject
Date: 2022-02-27 09:53 pm (UTC)no subject
Date: 2022-02-27 05:25 pm (UTC)no subject
Date: 2022-02-27 09:54 pm (UTC)