elis_27 | еще Франция

Я смотрела на них и пыталась понять: что создает этот самый парижский шик? Понимаю, что банальность же. Но штука в том, что он реально есть. Конечно, влюбленный мой взгляд добавлял. Но было нечто и само по себе. И это не про деньги! Мы бродили по кварталу Конкорд, где все дышит большими деньгами, где огромный дом украшен иллюминацией в виде бусиков Шанель, где все очень дорогое. Но в парижском метро я его тоже видела. И на обычных улицах, и в дешевых кафешках. Если попытаться выделить нечто осязаемое, то я пока остановилась на осанке. Не прям осанка балерины, но практически нет скукоженных людей. Может, это привычка смотреть в лицо? Не в глаза пристально, кстати, что может быть не особо приятно от незнакомца, а именно в лицо, дружелюбно. Чтобы смотреть в лица, надо смотреть не под ноги. А может, любовь к пальто? Какой прекрасный парижанин лет семидесяти с развевающимися седыми волосами и разлетающимися полами пальто прошел мимо нас, когда мы сидели с кофе и круассанами на уличной веранде. Но пальто еще должно хорошо сидеть и развеваться же) И я уже писала про завораживающий язык. Как хочется тоже уметь так красиво говорить. Любовь.

Про сыр и вино же! И в Париже, и в Вене мы видели сырные лавки. Я так понимаю, истинные гурманы предпочтут их ассортимент. Но сыры из супермаркета такие великолепные, и их так много, и цена на них такая отличная, а вкус вообще аааааа, что мне бы понадобилось сначала хотя бы год активно изучать ассортимент супермаркетов, прежде чем приступить к сырным лавкам) Вино безумно вкусное вообще все, что мы пробовали. И самое крутое – от него нет опьянения, от него просто хорошо, и в процессе, и после. Пара бутылок благополучно прибыла в моем чемодане)

А потом мы поехалив маленький городок в Альпах, где с весны живет Дарька. И там деточки первым делом взялись лепить из Дашкиной глины Эйфелеву башню, а я – птицу с очень большими крыльями. Вен совершенно прекрасен. А вокруг Альпы.

В этой поездке я часто вспоминала советский анекдот. Отправили мужика с завода в качестве награды за особые трудовые заслуги в Париж. Вернулся, рассказывает жене: «Пришли мы, Мань, к этой башне их, забрались, смотрим сверху на весь этот Париж. А там такое! Налево посмотришь – ну еб твою мать! Направо – ох, пиздец! Обернешься – а там ваще бляя!» Je suis ce мужык!

А когда идешь по маленькому Дашкиному городку, люди на другой стороне улицы улыбаются и приветствуют. Не потому что прям все знакомы, а потому что ну как это пройти мимо человека, не поздоровавшись? Это ж каким хамлом надо быть)

Детка моя отогрелась и теперь говорит, что иногда оно ее уже раздражает, потому что хочется, бывает, идти с набусормленной физиономией и никаких бонжуров чтобы)) Смеюсь.

У меня не было Карпат в этом году, зато со мной случились Альпы, и это было прекрасно. Удобного поезда из Вена до Парижа мы не нашли. А Дашка к тому же хотела показать нам Марсель. Так что пару часов поездом до Марселя, маршрут «испытание красотой». Иногда я моргала, и все это переставало казаться горами, деревьями, реками, мостами, а честно струилось зеленым, золотым, сияющим, черным, синим, вечным. Хлопок ресницами и вспоминаю, что это же называется бл ~~оху~~ ~~ахтыж~~ очень красивый пейзаж за окном. Невозможно красивый.

Марсель – это почти Одесса. Внешним настроением. Я не про гоп-юморину, разумеется. Подкладка у него совсем другая, чем у Одессы. А настроение другое, чем у Парижа и Вена. Я, кажется, поняла, что французы имеют в виду, говоря, что Марсель, мол, не настоящая Франция. Дашка моя этим возмущается, как можно так разбрасываться. Мы, например, хорошо знаем, что всё наше – наше. В общем, Марсель совсем другой. «Менее рафинированный!», – утверждает дочерь)

Дождь лил, но мы ж уже с зонтами. И была чудесная ярмарка у моря, мы пили горячий шоколад и глинтвейн, ели корсиканские штучки с сыром, бродили, трогали, любовались, отвечали бонжур, Тиму подарили магнитик. Узнав, откуда мы, продавец продемонстрировал, как здорово умеет говорить дякую) «Это все происходит по-настоящему», фоном крутилось внутри меня, обостряя и без того острые ощущения. К тому времени, как дождь усилился, мы уже сидели на уличной веранде кафе. Потом дождь превратился в ливень. Сейчас я посмотрела маленькое видео, которое там сняла, просто чтобы помнить. Тим в тетрадке решает свои драгоценные примеры, Дашка что-то в телефоне смотрит, за тонкой клеенчатой стеной хляби небесные извергаются, подсвеченные всевозможными фонарями, за соседними столиками люди, в моем бокале вино. Это Марсель.

Кстати, про телефоны. В телефоны смотрят гораздо меньше. Это, кажется, не про какую-то особую осознанность, а про гедонизм. Так ощущалось. Люди хорошо умеют наслаждаться едой, разговором, видом. И мы делали так же. А в какой-то момент пошли в этот ливень, на вокзал-то надо)

А на следующий день у нас был Париж с раннего утра и до ночи, и мы опоздали на предпоследний поезд в Бове, а потом поселились на несколько часов в совершенно чудесном домике. Там было настолько уютно, тепло во всех смыслах и вообще сказочно, что хотелось спать часов до 12, а не вставать в 6 утра. Но мы встали)В аэропорту дочка купила мне кофе, себе чай, а Тиму круассан. И Тим сказал: мы вернулись к началу. Там же и так же Дашка встречала нас с круассанами несколько дней и вечность назад.
У нас всегда будет Париж. У меня теперь всегда есть Франция. Люблю бесконечно.